2025 год стал переломным моментом в восприятии «суперфудов»: из разряда маркетинговых уловок они окончательно перешли в область доказательной диетологии. Научные исследования этого года убедительно демонстрируют, что привычные ферментированные овощи, доступные зерновые смеси и даже экзотические ягоды могут работать не хуже лекарств, но при одном условии — они должны быть частью системного, а не точечного подхода к питанию.
Громким событием года стал метаанализ, проведенный специалистами Колледжа сельского хозяйства, здравоохранения и природных ресурсов США (CAHNR). Ученые обобщили данные 9 клинических исследований, посвященных влиянию традиционного корейского блюда кимчи на кардиометаболические риски1. Результаты показали, что регулярное употребление этой ферментированной закуски приводит к статистически значимому снижению ключевых показателей. Уровень глюкозы натощак снижался в среднем на 1,93 мг/дл, уровень триглицеридов падал на 28,88 мг/дл, а систолическое артериальное давление уменьшалось на 3,5 мм рт. ст., диастолическое — на 2,7 мм рт. ст. Руководитель исследования Ок Чун особо отметил: «В клинической практике даже снижение давления на 5 мм рт. ст. считается серьезным успехом. Если подобный эффект достигается не таблетками, а питанием — это отличный показатель».
Ученые подчеркивают парадокс: несмотря на высокое содержание соли в блюде, его гипотензивный эффект2 сохраняется благодаря клетчатке, витаминам и соединениям, стимулирующим выработку серотонина и дофамина. Это открытие приближает официальное признание ферментированных продуктов в протоколах диетотерапии гипертонии.
В июле 2025 года журнал PubMed опубликовал данные рандомизированного контролируемого исследования, которое подтвердило влияние каротиноидов на когнитивные функции. Ученые под руководством Jintanaporn Wattanathorn наблюдали за добровольцами в возрасте 60-70 лет, употреблявшими рисовую кашу (конджи), обогащенную порошком из томатов. Уже через 8 недель у участников эксперимента было зафиксировано улучшение когнитивных функций (показатель P300) и рабочей памяти. В сыворотке крови снизился уровень альфа-синуклеина — белка, ответственного за развитие болезни Паркинсона. Исследователи связывают этот эффект с модуляцией оси «кишечник-мозг» и повышением моноаминергической функции.
Систематический обзор, опубликованный в Current Nutrition Reports (Springer), подтвердил потенциал физалиса перувианского в борьбе с раковым заболеваниями. Ученые провели анализ биоактивных соединений растения. Выяснилось, что входящие в состав физалиса витанолиды3 и флавоноиды демонстрируют способность бороться с онкологическими заболеваниями, модулируя окислительный стресс и воспаление. Это открытие позиционирует физалис не просто как суперфрукт, а как серьезный ингредиент для пищевой промышленности, способный вывести функциональное питание на новый уровень.
На фоне потока открытий научное сообщество призывает к сдержанности. Доктор медицинских наук, сотрудник ВГМУ им. Бурденко Ирина Бавыкина: «В медицинской литературе нет понятия суперфудов, есть термин «функциональные продукты питания». Их однократное применение ничем не поможет». Однако эксперт признает высокую эффективность конкретных культур при долгосрочном включении в рацион. В качестве примера она привела исследование с участием детей, страдающих непереносимостью глютена. Употребление продуктов из амаранта минимум два раза в неделю в течение 9-12 месяцев привело к ликвидации дефицита кальция и цинка, сокращению числа детей с дефицитом массы тела и нормализации ростовых показателей.
Таким образом, 2025 год подводит черту под эпохой бездумного потребления экзотики. Главным научным итогом стало признание того, что статус «суперфуда» — это не цена или происхождение продукта, а доказанная способность влиять на биомаркеры старения, иммунитета и нейродегенерации при включении в долгосрочную стратегию питания.
Если вы в команде с Лерой Плехановой, считайте, вам повезло по жизни. Самая поддерживающая студентка ВШЭ всегда рядом: подбодрит, поможет, прикроет перед редактором и даже принесет печеньку, если вы завалили дедлайн. В журнале «Медицина» её называют «Тайный помощник» — потому что без её правок и добрых слов половина статей просто бы не вышла в свет.
